интервью

Владимир Кехман: «Я банкрот всея Руси»

Худрук НОВАТа — о просветительстве, банкротстве, масках Путина и праздновании свадеб в оперном

Владимир Кехман: «Я не был готов, когда пришёл в Новосибирск, к тому, что придётся заниматься просветительством»
Владимир Кехман: «Я не был готов, когда пришёл в Новосибирск, к тому, что придётся заниматься просветительством»

В конце октября в НОВАТе показали, как готовятся к премьерному показу оперы для самых маленьких зрителей «Терем-теремок» в постановке Вячеслава Стародубцева — спектакль поставлен по мотивам либретто Ильи Польского по сказке Самуила Маршака. В то же время в Санкт-Петербурге в Арбитражном суде разбирали дело художественного руководителя (и бывшего директора) новосибирского оперного театра Владимира Кехмана: по данным ТАСС, суд отказал в выдаче исполнительных листов кредиторам Кехмана — в их числе оказались Сбербанк, Промсвязьбанк и «Пулковская торговая компания». Банкротство Владимира Кехмана суд закончил ещё в июле этого года — при этом не сняв обязательства погасить долги. Журналист Ива Аврорина встретилась с Владимиром Кехманом и поговорила с ним про новые и старые постановки в театре, одно из самых громких дел о банкротстве в истории России — и узнала, что Киркорова и Лепса в оперный никогда не пустят, в отличие от свадеб и юбилеев.


— Три года назад вы говорили, что нужно, чтобы в театр пришла новая, неискушённая публика — она пришла?


— Она пришла и ушла. Самое страшное, что за эти годы не появилось публики, у которой сложилась бы традиция ходить в театр не один раз. Как только ты напоминаешь о себе — они приходят. Не напоминаешь — не приходят. Притом что мы в Минкульте России сейчас номер один по эффективности среди федеральных театров, но для того роста, которого нам хочется, зрителей мало, потенциал у театра намного больше.


Я не был готов, когда пришёл в Новосибирск, к тому, что придётся заниматься просветительством.


— Рекламой или просветительством?


— Именно просветительством.


— В чём оно заключается?


— Просветительство — главное, почему я согласился на это интервью. Новосибирск всегда был такой вольницей в Советском Союзе, здесь происходило всё самое интересное в театре, в культуре, в науке, в образовании. И что мы сейчас имеем? Театральная традиция полностью утеряна. Ходят в лучшем случае на премьеры или на заезжих звезд. А на новые вводы солистов?! Да здесь просто не знают, что это такое. Нет здесь таких людей в количестве десятков тысяч. Традиции ежемесячного похода в театр нет. И просветительство заключается в том, что мы должны сказать каждому новосибирцу о том, что пренебрегать театром, выбирать поход с детьми в торговый центр вместо похода в театр, — это преступление. Считается, что Новосибирск — столица Сибири. Но ты не можешь считать себя столичным человеком, если ты раз в месяц не сходил в театр. Не можешь.


— Но в кукольный театр, театр Афанасьева, «Глобус» билеты раскупают за несколько месяцев. Нельзя сказать, что традиция ходить в театр утеряна.


— Нельзя сравнивать Театр кукол, театр Афанасьева — сколько там мест? Масштаб несопоставим.


— Может быть, знатоки оперы и балета просто перестали ходить сюда после всех скандалов?


— Может, и перестали. Но весь трюк в том, что сюда давным-давно уже никто не ходит. Это всё миф. Раньше на спектакли раздавали бесплатные билеты — до ста штук на спектакль, и ценность похода в театр была утеряна. Наша задача — эту ценность воссоздать. Как это сделать, у меня нет рецепта. Пока новосибирская публика для меня — как бермудский треугольник, пока разгадки нет.


— Три года назад вы приходили на прямой эфир НГС и было очень много вопросов о том, что билеты стали очень дорогими. Может, причина в этом?


— Есть миф, что это дорого, хотя самый дорогой билет на оперу стоит 900 рублей. Я не беру сейчас нулевой ряд и премьеры, конечно. Но дорогие билеты раскупают как горячие пирожки, стало проблемой продать дешёвые, за 500 рублей.


— Вы разочаровались в новосибирской публике?


— Это не вопрос разочарования, это вопрос азарта — кто кого победит.


— Оперных спектаклей в репертуаре стало значительно меньше. Эта ситуация будет как-то меняться?


— В большом зале — мало, но в зале Зака, думаю, со следующего года будет больше. И ещё одну сцену мы готовим. Мы просто не можем позволить, чтобы, условно говоря, было 200 человек на сцене и 200 человек в зале. При этом я могу точно сказать, что сегодня наша оперная труппа — номер один в России. После постановки «Севильского цирюльника» я могу это утверждать с полной ответственностью.


— Но спектаклей у труппы номер один очень мало — артисты не разбегутся?


— Нет, и в этом-то весь кайф. Моя задача — качество. Итальянец, который приехал из Рима, два месяца оттачивал с ними спектакль. Два месяца! Если бы был текущий репертуар — это было бы без шансов.


— Артисты стали меньше зарабатывать с меньшим количеством спектаклей?


— Нет, конечно. Кто-то ездит петь в Михайловский театр, остальным мы компенсируем за то, что по нашей вине они поют мало.


«Я дочь поднял и сейчас хочу поработать, всё же 2019 год — год театра»
«Я дочь поднял и сейчас хочу поработать, всё же 2019 год — год театра»


— Какие постановки в театре сейчас, на ваш взгляд, лучшие?


— Из опер — это «Севильский цирюльник», премьера которого прошла в октябре. Я считаю, что с музыкальной точки зрения — это высший класс по гамбургскому счету. Я не боюсь отвезти этот спектакль в любой театр мира, это лучшее исполнение Россини в России сегодня. В балете — «Золушка» и «Коппелия». Это вершина советской хореографии, советской эстетики, проложенной на новые технологии.


— Переносы постановок из Михайловского театра будут продолжаться?


— Конечно, будут. Это единственная форма существования 99% театров в мире, так как экономит затратную часть и время.


— В 2020 году театру исполнится 75 лет. Что планируется к этой дате?


— Сейчас мы готовим фестиваль, который хотим провести к 75-летию театра. Я нашёл художественного руководителя этого фестиваля — это совершенно выдающаяся личность, пока не могу сказать кто. Для всей России это будет сенсация, а для Новосибирска — большая победа.


К концу следующего года, надеюсь, мы откроем весь зал, и тогда сидячих мест станет порядка 1600, но будут ещё и стоячие — галёрка, всё вместе порядка 1800 мест. Галёрка — это место, куда смогут ходить студенты, учащиеся консерватории, музыкальных колледжей и школ. Там будет очень комфортно, прекрасный вид и слышимость.


И очень надеюсь, что нам дадут разрешение сделать наверх два лифта для инвалидов — потому что сейчас у инвалидов нет возможности подняться на третий этаж. Более того, к 20-му году мы сделаем совершенно новый репетиционный зал, который будет нашей второй сценой. Не как зал Зака, а именно вторая полноценная театральная сцена с залом на 300–400 человек.


И кроме всего этого мы должны будем доделать новую подсветку театра.


— То есть откроется, наконец, третий ярус?


— Сейчас он второй — мы же несколько изменили конфигурацию. То, что он сейчас закрыт — это связано только с требованиями пожарной безопасности, с тем, что там нет нормальных путей эвакуации.


— Речь же шла о том, что там штукатурка обваливалась?


— Это мы всё устранили, а потом получили предписание пожарных. Все эти годы театр работал с нарушениями, пожарные просто закрывали глаза на это. Я — человек, который им глаза открыл. У нас есть все расчёты, которые доказывают, что эвакуировать людей оттуда в случае пожара было невозможно.


— Название НОВАТ прижилось, или всё ещё вызывает отторжение?


— Прекрасно прижилось. Есть люди, которые называют «Оперным», есть те, кто говорят только «Новат», и мы не видим в этом никакой проблемы.


— В июле 2016 года суд официально признал вас банкротом и вы подали заявление об отставке (по закону человек, признанный банкротом, в течение трёх лет не может занимать руководящие должности). Значит ли это, что с июля 2019-го вы вернётесь на должность гендиректора театра?


— Ничего меняться в конфигурации не будет, Ара Карапетян будет работать гендиректором НОВАТа, у него контракт до 2023 года. Меня полностью устраивает, что он является гендиректором, я — художественным руководителем. И неизвестно ещё, с какого момента считаются эти три года — пока нет никакой практики, никто ничего не знает. На мне сейчас в России строится вся практика персональных банкротств. Можете так и назвать интервью — «Банкрот всея Руси». Поэтому честно вам скажу — всё это происходит достаточно нервно, я стараюсь в принципе это не комментировать. 


Про ситуацию с банкротством — в моей жизни ничего не поменялось, кроме того, что месяц назад у меня родился ещё один ребёнок. Кстати, первым вам об этом говорю.


— А с этим ребёнком вы в декретный отпуск не собираетесь?


— Пока нет. Пусть жена займётся, я дочь поднял и сейчас хочу поработать, всё же 2019 год — год театра.


— Когда вы ушли в декретный отпуск, ходила версия, что вы сделали это для того, чтобы вас нельзя было уволить.


— Полная глупость, абсолютная. Видит Бог, что я никогда не собирался быть гендиректором Новосибирского театра оперы и балета. Но та история с «Тангейзером» — она была настолько вопиющей, настолько дерзкой с точки зрения богохульства, что, когда мне предложили возглавить театр, я без тени сомнения согласился, и сейчас поступил бы так же. Потому что то, что тут планировалось дальше… 


Здесь планировалась постановка «Набукко», и картинка такая была бы: православные кресты, на них надеты отрезанные еврейские головы, а с колосников спускаются маски Путина. 


Латышская бригада должна была делать, как раз под выборы в 18-м году.


— Постановки совместно с епархией — для того, чтобы окончательно изгнать богохульный дух из театра?


— Его тут нет уже, театр освятили сразу после ремонта. А с постановками — есть активная политика епархии, мы просто помогаем, как помогаем мэрии проводить мероприятия или НГСу провести Народную премию. Это всегда оплачивается. Мы прекратили «собес», который тут был раньше. Нам платят все.


«Мой принцип, в отличие от многих художественных руководителей: успех измеряется в том числе и деньгами»
«Мой принцип, в отличие от многих художественных руководителей: успех измеряется в том числе и деньгами»


— Возможна ли ситуация, когда вы бы отказали в проведении мероприятия в театре даже за очень большие деньги?


— Конечно, и это уже было. Лепс, Киркоров — никогда. Зато Серёжа Безруков со всем своим театром будет.


— Свадьбы, юбилеи?


— В принципе, для меня не существует практически ограничений, если это помогает театру получить какие-то серьёзные деньги и если это сделано талантливо. Юбилей — конечно. Свадьба, в теории, если она сделана талантливо и платятся очень большие деньги — почему нет.


— Почему вас заботят деньги, которые зарабатывает театр? Разве это функционал художественного руководителя?


— Мой принцип, в отличие от многих художественных руководителей: успех измеряется в том числе и деньгами. Я могу пожертвовать каким-то количеством денег ради искусства, но этот предел у меня есть. Приезд Парижской оперы, например: мы ушли в большой минус, но ради искусства мы должны были это сделать. Или гастроли — это всегда убыточная история, но мы должны это делать ради наших артистов. Вот сейчас наша труппа вернулась из Сеула.


— До этого гастролей у театра не было в течение двух лет — с 2016-го по 2018-й, с чем это связано?


— У меня принцип и тут, и в Михайловском театре: пока ты не вырастил публику в своем городе, куда тебе ездить? Сиди дома, работай!


— Если вы и за репертуар отвечаете, и за деньги, то кто руководит театром? Директор или худрук?


—Театром руководит команда, а я могу только координировать.


— Кабинет у вас остался прежний?


— Да, Ара Арамович проявил деликатность.

Читайте также:

Игра в классики: в оперном показали спектакль о любви к кукле

НГС побывал за кулисами за час до премьеры — там слушают музыку и целуются.

НГС.БИЗНЕС

АФИША

SHE

НГС.НЕДВИЖИМОСТЬ

АВТО

НГС.РАБОТА

Лента новостей


Авторские колонки

Реклама
Реклама

Сообщи свою новость

Здесь вы можете оставить информацию, фотографии и видео с любыми событиями, свидетелями которых вы стали, обо всём, что происходит в городе и области. Ждём. Мы работаем для вас!
Ваше имя
Сообщите новостьПрикрепите доказательства: ссылки на видео и аудио вставьте в текст сообщения, загрузите фото
Фото
Эл. почта или телефон
Докажите что вы не робот
Ваше сообщение отправлено