Новости из Новосибирского зоопарка, как правило, горожан радуют. На прошлой неделе в зоопарке сообщили, что одному из питомцев — экзотическому броненосцу — была произведена операция в одной из новосибирских ветеринарных клиник. Выяснив подробности, корреспондент НГС.НОВОСТИ узнала, что операции в зооклиниках сегодня проводятся не менее разнообразные, чем людям, а сами животные все чаще болеют человеческими болезнями и так же, как люди, страдают от холодной сибирской зимы.

Необходимость в операции у броненосца возникла, когда у животного под панцирем начался воспалительный процесс. Как рассказала замдиректора зоопарка по науке Ольга Шило, у животного был «просто нарыв», который удалили под руководством хирурга из клиники «Энималз» Евгения Козлова, а вообще, оперировать питомцев приходится крайне редко: «Массовые операции мы не делаем, а Козлов оперирует нас бесплатно, мы оплачиваем только медикаменты», — добавила госпожа Шило, парировав вопрос о проведении зоопарком тендеров на лечение в частных клиниках и напомнив, что несколько лет назад тот же хирург удалял опухоль у питона зоопарка. «Экзотических животных экзотически и оперируют, то есть редко. В зоопарке есть собственная ветеринарная служба, и даже упомянутый броненосец был прооперирован у нас, а дальнейшее наблюдение проводят специалисты зоопарка», — ответил на вопрос сам хирург, добавив, что большую часть его работы по-прежнему составляют операции на кошках и собаках.

«Наиболее популярны стандартные операции — стерилизация кошек и котов, это плановые операции на здоровых животных.

В период весны-осени, как только теплеет, часто выпадают из окон мелкие собаки и кошки, соответственно это операции на костях, в остальное межсезонье это всевозможные инородные тела, которые удаляют хирурги», — рассказывает Сергей Черноморец, руководитель клиники «Евровет». В среднем по городу кастрация кота обойдется чуть более тысячи рублей, стерилизация кошки — 2,5 тыс. руб., остеосинтез (операция на костях) для средних животных начинается от 6 тыс. руб.

Если собака съела игрушку, выложить придется выложить от 3 тыс. руб. А период реабилитации после операции, к примеру, на позвоночнике вовсе выливается во внушительную сумму. При этом, как говорят в клиниках, большинство заводчиков готовы оперировать животных, несмотря на стоимость лечения. Зампредседателя городского общества защиты животных Ирина Плотникова рассказала, что уже более 20 лет они сотрудничают c Евгением Козловым, и вместе они делают операции бездомным животным за свой счет. Как показал небольшой опрос корреспондента, ветклиникам вообще часто подбрасывают животных, и в хирургической помощи врачи им обычно не отказывают. «Пытаемся после операции пристроить в приют», — делится Сергей Черноморец.

«Правда, есть категория людей, которые покупают дорогую одежду для собачки, но когда встает вопрос о лечебных манипуляциях, начинается непонятное поведение, люди отказываются», — продолжает он, рассказывая, что среди тех, кто предпочитает усыпление лечению, гораздо больше именно обеспеченных людей. Люди среднего достатка, а также молодые пары, которые заводят собачку вместо ребенка (таких тоже становится все больше), склонны на животное тратиться. Вообще, из слов руководителей ветклиник складывается впечатление, что подход к животным сегодня в целом стал более «функциональным».

«Некоторые хозяева требуют операцию «мягкие лапки», она существует на Западе, мы же ее не делаем, потому что эта операция калечащая: ведь кошкам вместе с когтями срезают фаланги пальцев», — возмущается Ирина Плотникова, руководитель Центральной Ветеринарной клиники.

Она же добавляет: в клиниках стало гораздо меньше крупных животных. «Йоркширские терьеры, чихуа-хуа, мопсы, шпицы — маленьких собачек стало очень много. Город застраивается, гулять с собаками негде, а маленькие собаки удобны в содержании, дома ходят в туалет и можно с ними не гулять», — объясняет выбор хозяев Ирина Плотникова, добавляя, однако, что именно такие собаки нуждаются в услугах собачьего травматолога чаще других. «Они уязвимы в отношении травм конечностей, проблем развития суставов конечностей, шейного отдела, развития черепа и связанных с этим неврологических болезней. Без помощи человека она не выживет. Большая собака бегает, гуляет, у нее развиваются мышцы, а маленькая собачка на руках проводит полжизни, потом спрыгнула с дивана и ломает ножку», — рассказывает Евгений Козлов.

Помимо помощи собачьего ортопеда впору выделять профессию собачьего гастроэнтеролога и прочих узких специалистов: ветеринары признаются, что болезни инфекционные, от которых они традиционно лечили зверье раньше, уступают место нарушениям, более близким человеку. «Сегодня мы выявляем у животных такие заболевания, как холециститы, панкреатиты, особенно у терьеров, которые везде вместе с владельцами и едят то же, что они», — отмечает Сергей Черноморец.

Мода на хрупких животных и доступность современных методов диагностики, которые позволяют выявлять болезни и лечить зверей как людей, прямо отражаются на числе ветеринарных клиник в городе: их количество стремится догнать число многопрофильных центров для людей. Как пожаловался один из опрошенных директоров крупной центральной ветклиники, сегодня каждый выпускник аграрного института стремится открыть свой кабинет, но далеко не все из них отвечают необходимым требованиям. Замдиректора по учебно-воспитательной работе Института ветеринарной медицины НГАУ Василий Глущенко подтвердил факт заинтересованности молодых людей в профессии: по его словам, 85% сегодняшних выпускников института работают по специальности.


Ирина Киснер
Фото photo.nature.c2