Силовое предпринимательство

Питерский социолог Вадим Волков рассказал, как власть взаимодействует с бандитами

Очередная вечеринка из серии «Умных сред», проходящих в джаз-клубе «Труба», нарушила привычное расписание и состоялась во вторник. Просто в этот вечер здесь выступил приехавший в Новосибирск по другим делам питерский социолог Вадим Волков, который представил свое исследование на тему «Силовое предпринимательство: от дикого рынка до госконтроля». Вместе со всеми присутствовавшими на этой вечеринке лекцию слушал и задавал вопросы господину Волкову корреспондент НГС.НОВОСТИ.
Справка: Вадим Волков — доктор социологических наук, профессор Европейского университета в Санкт-Петербурге, доктор философии Кембриджского университета, автор нашумевшей на Западе и в России книги «Силовое предпринимательство» — одного из первых экономико-социологических исследований в России мафии, организованных преступных группировок (ОПГ) и силовых структур. В конце 90-х ввел в научный оборот термин «силовое предпринимательство».

Когда и с чего началось ваше исследование?

Исследование проводилось в 1997–2000 гг. на основе 25–28 углубленных интервью с лидерами преступных группировок, бригадирами, руководителями частных охранных предприятий, работниками правоохранительных органов... Все начиналось с того, что, проходя по ул. Чайковского в Санкт-Петербурге, я обращал внимание на то, как к особняку, где помещался РУБОП (Региональное управление по борьбе с организованной преступностью), подъезжали машины с тонированными стеклами, и из них выходили люди мощного телосложения с короткой стрижкой в кожаных пиджаках. Такие подразделения были созданы для борьбы с организованной преступностью, но почему-то по своему виду, поведению, манерам они были похожи на тех, с кем они предполагали бороться. Возник вопрос: почему же они так похожи на бандитов? Это породило гипотезу, что на самом деле они играют на одной стороне, а не на разных. И что там — не борьба с организованной преступностью, но определенные способы раздела рынка и конкуренции.

Как у нас начиналось зарождаться, выражаясь вашим языком, силовое предпринимательство?

В специфических условиях начала 90-х гг. стихийно возникли группы людей, которые организовались и контролировали или управляли одним и тем же ресурсом, встроились в формирующиеся рынки и смогли наладить систему зарабатывания денег на постоянной основе. Эти группы имели разнообразный внешний вид — спортсмены, люди с уголовным прошлым, представители казачьего движения, бывшие и действующие сотрудники МВД и ФСБ, там были и многочисленные представители этнических диаспор. В них было что-то общее, и они хорошо находили общий язык. Эти группы обладали и управляли одним и тем же ресурсом — силовым. Конец советского времени образовал избыточное предложение людей, владеющих навыками насилия и возможностями самоорганизации.

А спрос на такие предложения что формировало?

Спрос активно порождали формирующиеся рынки. Неолиберальная идеология предполагала, что для рыночной экономики будет достаточно просто отпустить цены, ликвидировать министерства, управляющие ресурсами и товарными потоками, приватизировать основные активы, и рынок заработает сам собой. Не было понимания, что частная собственность требует охраны, что частная собственность — ничто, если нет институтов, которые обеспечивают права собственности и регулирование конфликтов между собственниками, что необходима правовая реформа государства… Все это создавало колоссальный спрос на различные системы гарантий, возврата долгов, возмещения ущерба… Формирование ОПГ, а потом и полноценных охранных предприятий было отчасти ответом на этот спрос.

Что представляла собой оргпреступность тех лет?

Когда мы говорим об оргпреступности 90-х, то не имеем в виду грабителей, угонщиков автомобилей, воров, мошенников и т.д. Организованная преступность — некие ядра, управляющие как преступным миром, так и легальным бизнесом. Их бизнес состоит в предоставлении определенного набора услуг: физическая охрана, обеспечение безопасности транзакций, возврат долгов, урегулирование споров… Если посмотреть рационально, то эти распальцованные пацаны занимались рутинной работой: поездка на «стрелки» — деловые встречи, «понятия» — система обычного неписанного права…

Все держалось на персональной компетенции воров в законе. Как мне сказали, вор в законе — тот же доктор юридических наук, только в другом мире. Оргпреступные группировки, неважно какие, можно представить в виде неких фирм, которые применяли свои ресурсы для извлечения постоянного дохода в условиях формирующихся рынков. Вот то, чем занимались эти организации, и названо было силовым предпринимательством.

Как делили ОПГ сферы влияния?


Они не делили территории, как об этом пишут журналисты. Москва поделена, Пермь поделена… Конечно, была географическая привязка. Но в действительности они делили «темы»: кому-то — алкоголь, кому-то — импорт, кому-то — экспорт цветных металлов… Постепенно применение силы становилось менее актуально — работала репутация. Достаточно было сослаться на то, что мы работаем, например, с Митей Мурманским. Это было как охранная грамота. На многих предприятиях висели такие таблички — в Петербурге, например, висели таблички «Безопасность обеспечивает А.И. Малышев». Была такая крупная преступная группировка. Потом к такой же практике стали прибегать легальные охранные предприятия.

Далее ОПГ изменялись?

Через многочисленные перестрелки, разборки, слияния и поглощения группировок формировались более сильные региональные группировки. Новосибирск, кстати, быстро перешел к «красным милицейским крышам». Здесь не было периода, когда сформировалась доминирующая региональная ОПГ, замкнутая на местные власти.

В Москве такими стали «солнцевские» и «измайловские», которые потом ушли в алюминиевый бизнес. В Петербурге — Тамбовская ОПГ. Ее лидер был арестован в августе прошлого года. Уралмашевская группировка была в Екатеринбурге, которая легализовалась как общественно-политический союз «Уралмаш». Была сильная группировка под руководством вора в законе Джема, она базировалась в Комсомольске-на-Амуре. И сильная группировка во Владивостоке, представители которой до сих пор находятся в региональной и городской администрации.

Накопив определенные средства, бандиты начинают вкладывать их в легальный бизнес. Устанавливаются связи с региональными администрациями, что обеспечивает некий уровень стабильности. «Тамбовские» в Петербурге воспользовались топливным кризисом 1994–1995 гг. и предложили губернатору определенную схему: создать собственную инфраструктуру хранения и распределения нефтепродуктов – Петербуржскую топливную компанию, которая бы контролировалась городом, чтобы не зависеть от одного монополиста. Фактически это был передел рынка нефтепродуктов.

«Тамбовские» вышли с предложением: они инвестируют в эту инфраструктуру, отнимают хранилища и бензоколонки у «Сургутнефтепродукта» и создают холдинг. Эта была идея их лидера Кумарина. Он собрал всех бригадиров ОПГ (она насчитывала порядка 500 человек) и сказал (я заменю матерное слово): «Хватит думать сердцем и членом, надо начинать думать головой». Потом была создана Петербуржская транспортная компания, сам Кумарин принял фамилию матери, стал предпринимателем Барсуковым и вице-президентом холдинга, а президентом — вице-губернатор. И как только «тамбовские» стали Петербуржской топливной компанией, они наняли бывшего замначальника РУВД, чтобы он им делал службу безопасности. Этот процесс происходил в разных регионах.

На рубеже 2000 года бандиты вроде бы стали исчезать…

Они трансформировали свой облик — тогда появились очки-«нулевки» для создания интеллигентного вида. Произошла ликвидация бандитов как класса. Т.е. сами люди остались, но как класс они исчезли. Конечно, это произошло не благодаря доблестным усилиям наших РУБОПов. (Кого-то, конечно, посадили, а кого-то убили). Просто изменилась ситуация на рынке охранных услуг.

Первым импульсом стал закон о частном охранном детективном бизнесе, которым стали заниматься бывшие сотрудники ФСБ, МВД и армии. К концу 90-х в стране было порядка 12 000, а это больше, чем ОПГ. И конкуренция была не в пользу бандитов, которых вытесняли с рынка охранных услуг. Второй импульс — им стало интереснее получать доход от легального бизнеса и не хотелось рисковать. Кстати, поэтому на рубеже 2000-х гг. был взрыв неорганизованной уличной преступности — агрессивные молодые люди не находили себе места, раньше-то они могли прийти в ОПГ. И третий — стало оживать и укрепляться государство. Сигнал, который дала власть по укреплению государства, был понят так, что люди в погонах довольно грубо убирали бандитов: «Вот у нас на тебя дело. Там тебе примерно 15 лет… Либо мы тебя закрываем, либо ты нам отдаешь бизнес. Мы тебе оставим 5 % или 10 % за «уважуху»… Часть бандитов закрыла, а часть ушла на госслужбу — там требовался их навык жесткого управления. В итоге губернаторы разорвали альянсы со своими союзниками, и преступные группировки, которые стали региональными финансово-промышленными группами, были убраны. Этот процесс сопровождался большим количеством заказных убийств. И достаточно высокой долей жертв были госчиновники. Наконец таким последним вздохом бандитов было рейдерство. Если 90-е годы — «золотой век» бандитов, то рейдерство — «серебряный».

Что будет происходить в ситуации образования игорных зон? Не вернутся ли ОПГ вновь?

Это будет тест силы государства. Я не знаю, кто является сейчас основным регулирующим органом этого процесса. Подозреваю, что это отдано на откуп региональным администрациям… (Задумался). Я не могу сделать прогноз. Количество трупов… Не могу сказать. Если есть здесь люди, кто интересуется экономической социологией и хочет сделать интересное исследование, — езжайте в игорные зоны. Это отличный полигон для исследований.

Сейчас у нас что происходит?

Сейчас гипертрофированную роль играют спецслужбы и представители силовиков в политике и регулировании крупного бизнеса. Де-факто они осуществляют функцию управления крупнейшими государственными активами. Среди силовиков происходят конфликты. Они имеют такую же природу, как и конфликты между ОПГ. Центральная власть пока еще не может этот процесс контролировать. Т.е. состояние российского государства таково, что его отдельные сегменты действуют как «силовые предприниматели». И это самая главная проблема, с которой столкнется преемник президента.


Илья Калинин
Фото Ирины Гавва


НГС.БИЗНЕС

АФИША

SHE

НГС.НЕДВИЖИМОСТЬ

АВТО

НГС.РАБОТА

Лента новостей


Авторские колонки

Новости звёзд

Реклама
Реклама

Сообщи свою новость

Здесь вы можете оставить информацию, фотографии и видео с любыми событиями, свидетелями которых вы стали, обо всём, что происходит в городе и области. Ждём. Мы работаем для вас!
Ваше имя
Сообщите новостьПрикрепите доказательства: ссылки на видео и аудио вставьте в текст сообщения, загрузите фото
Фото
Эл. почта или телефон
Докажите что вы не робот
Ваше сообщение отправлено