«Бесполезных зверей расстреливают»

Интервью с дрессировщиками Новосибирского цирка Мариной и Сергеем Герасимовыми

Медвежонок Кассандра
Уже полтора месяца руководство Новосибирского цирка отказывается кормить зверей – медведей, лис, кошек и собак, состоящих на попечении дрессировщиков Марины и Сергея Герасимовых, проработавших в цирке 16 лет. Исполняющий обязанности директора Новосибирского цирка Сергей Шабанов, мотивирует свой поступок тем, что «животные не работают, не приносят дохода и поэтому их нужно сдать в зоопарк». Между тем, как рассказали НГС.НОВОСТИ супруги Герасимовы, большинству зоопарков бурые медведи и лисы, а тем более кошки и собаки, не нужны, самым же популярным способом избавления от ненужных животных в цирке является расстрел. Корреспондент НГС.НОВОСТИ отправился в цирк, чтобы побеседовать с дрессировщиками и разобраться в истоках конфликта. Марина и Сергей приняли журналиста в своей холодной каморке, с полуобвалившейся штукатуркой на стенах и потолке.
Расскажите, пожалуйста, в чем суть вашего конфликта с руководством цирка?

Марина Герасимова: Суть проста – с июля нам не платили зарплату, с сентября не кормят зверей. Мы неоднократно пытались разговаривать с исполняющим обязанности директора цирка Сергеем Шабановым. Бесполезно. У Шабанова, кстати, это не первый случай, когда животных не кормят. Просто мы первые вынесли этот факт на суд общественности.

После безрезультатных переговоров с Шабановым мы обратились в прокуратуру, и когда прокуратура отправила запрос в Москву, в Росгосцирк, оттуда пришла телеграмма: «Срочно отправить номер Герасимовых в Хабаровск». Но никуда ехать мы не можем, у нас всего один ассистент, а этого недостаточно, чтобы обеспечить безопасность номера. Тогда я позвонила главе Росгосцирка Мстиславу Запашному лично. И он ответил: «Работайте как есть и решайте свои проблемы самостоятельно. Я сам знаменитый дрессировщик, сам всегда кормил своих животных, так что жаловаться нечего, отдел кадров на вас работать не будет».

Сколько у вас всего животных?

Сергей Герасимов: Сейчас у нас пять медведей – трое взрослых, по 16 лет, и двое медвежат по 7 месяцев – две лисички, четыре кошки и девять колли. И всех мы уже полтора месяца кормим за свой счет. Шабанов же полностью отказывается от ответственности. Мотивирует это тем, что он, мол, депутат Кемеровского областного Совета: «Я депутат, мне ничего не будет, меня защитит Аман Тулеев». Услышав это заявление, мы обратились к господину Тулееву, но ответа так и не получили.

Сколько денег вы тратите на корм?

Сергей Герасимов: Приблизительно 1500 рублей в день.

Как попадают животные в цирк? Кто их хозяин – цирк или артисты?

Сергей Герасимов: Это наши звери – медведей покупали, собак мы разводили сами. По идее, животных, конечно же, должен покупать Росгосцирк. Но Запашный покупает зверей только своему сыну и приближенным. Так что у 80 % артистов животные – их собственность, равно как и костюмы, реквизит, клетки. 13 лет мы были со своими клетками, пока они не пришли в полную негодность. А они дорогие. К примеру, медвежья клетка (2м на 1,5м на 1,2м) стоит около 14 тысяч рублей.

А сколько стоили медведи?

Сергей Герасимов: Медвежат мы покупали в зоопарке – одного за 6 тыс. рублей, другого за 5 тыс. рублей. Хорошие породистые собаки стоят гораздо дороже, поэтому мы их сами разводим, я ведь по специальности зоотехник. При всем этом, зарплата у Марины - 8 тыс. рублей, у меня - 9 тысяч. Бедственная ситуация сейчас во многих цирках России – Запашный Российский цирк планомерно уничтожает. Об этом неоднократно писали Путину, сообщая, что директора очень часто убирают неугодных Запашному артистов. У нас, например, нет возможности уйти в цирк другого города – здесь нас уволят, там не примут. Это монополия.

Марина Герасимова: Мы обратились к председателю Совета федерации Сергею Миронову. И получили перевод на 5 тыс. рублей из его личных сбережений. Мы очень благодарны Сергею Михайловичу, но этих денег хватит, чтобы кормить зверей дня 3–4. Конечно, мы как-то выкручиваемся. Все-таки знакомые есть, друзья, родственники. Этот случай у нас не первый. С 1995 по 1998 год мы также кормили зверей за свой счет. Тогда мы отказались от гастролей, потому что клетки нуждались в ремонте. Было так – когда клетку поднимаешь, пол вместе с медведем остается на месте. А ведь нужно было всего-навсего заменить фанеру. Но фанеру покупать отказались. Помогали нам тогда все – кто чем мог. Налоговая инспекция Железнодорожного района помогала, спасибо ей огромное: у бабушек, которые незаконно на вокзале торговали, пирожки с мясом и колбаса изымались и передавались на корм животных.

А как относятся к нашему цирку артисты из других городов?

Марина Герасимова: Мы часто работаем в других городах, и с кем ни встретимся, все говорят, что с Шабановым творится что-то неладное. Как только приходит разнарядка в Новосибирск, делают что угодно, чтобы только к нам не приезжать. По большому счету, скоро в Новосибирск просто ездить перестанут. Сами видите – сейчас холод, в цирке отопления нет. А когда дадут тепло, совершенно неизвестно.

Ваше отношение к шумихе вокруг аварийного состояния здания цирка, проверок МЧС и так далее?

Марина Герасимова: Без комментариев. Пусть прокуратура разбирается. Это очень скользкий вопрос, и нам этого касаться не хочется

Обращались ли вы за поддержкой к мэру и губернатору?

Сергей Герасимов: Мы отправили письмо губернатору, но результатов особых не было. Губернатор выходил на Запашного, чтобы цирк передали в ведение муниципалитета, и в 2008 году поставили на ремонт. Идея сделать свой городской цирк, в принципе, хороша. По крайней мере, в Екатеринбурге и Нижнем Новгороде это пошло цирку на пользу. Но Шабанову, видимо, этого не надо. Мы обращались в «Единую Россию», чтобы поддержали хотя бы не финансово, а информационно. Но и тут все заглохло.

Страдают только ваши звери?

Марина Герасимова: Нет, есть еще старые пони, которые остались от ушедшего на пенсию Атоляна из цирка лилипутов. Дрессировщица Майя Даниловна Симонова хотела их забрать, но Шабанов настоял, что их надо оставить здесь. Благие намерения, вроде того. А сейчас человеку, который их кормит, продукты не возят. И он, опять же, зачастую платит за корм сам.

16 лет для медведя – возраст солидный. Что с ними будет, когда их работа на сцене прекратится?

Сергей Герасимов: Ну, 16 лет - это еще не возраст, лет десять они поработают. Проблема не в этом. Дело в том, что в зоопарках бурые медведи просто не нужны. Их не берут. У нас был медведь 12 лет, с меня ростом, он стал опасным, и я решил отправить его в зоопарк. Так вот, я во всех зоопарках побывал, и везде отказывались. К счастью, удалось пристроить в Пензу, где устроили зоопарк для старых цирковых зверей с большими вольерами. Мне просто не хотелось, чтобы его застрелили. А так обычно расстреливают. Доживают, как правило, до 5–6 лет.


Владимир Иткин, специально для НГС.НОВОСТИ



НГС.БИЗНЕС

АФИША

SHE

НГС.НЕДВИЖИМОСТЬ

АВТО

НГС.РАБОТА

Лента новостей


Авторские колонки

Новости звёзд

Реклама
Реклама

Сообщи свою новость

Здесь вы можете оставить информацию, фотографии и видео с любыми событиями, свидетелями которых вы стали, обо всём, что происходит в городе и области. Ждём. Мы работаем для вас!
Ваше имя
Сообщите новостьПрикрепите доказательства: ссылки на видео и аудио вставьте в текст сообщения, загрузите фото
Фото
Эл. почта или телефон
Докажите что вы не робот
Ваше сообщение отправлено