Дас ист фантастиш!

Интервью с новосибирским фантастом, удостоенным в этом году премии имени Ивана Ефремова

Новосибирский писатель, поэт, ученый и переводчик Геннадий Прашкевич – обладатель нескольких престижных литературных премий («Аэлита», «Бронзовая улитка», «Странник»), к которым теперь прибавилась и премия имени Ивана Ефремова. Специально для читателей НГС.НОВОСТИ член Союза писателей России рассказывает о путях развития современной фантастики («Дозоры» и не только), своем творчестве (проза или поэзия?) и литературе в целом.
Для чего вообще нужны литературные премии?

Премии, названные в честь писателей, – это своего рода памятные вехи, по которым можно проследить историю нашей фантастики: были Аркадий и Борис Стругацкие, перед ними - Ефремов, перед ним – Платов, Казанцев, Немцов, два Беляевых, Сергей и Александр. И дальше, вплоть до Алексея Николаевича Толстого.

Иван Антонович Ефремов был крупным ученым, глубоким исследователем, все его произведения исходили из возможностей показать науку, что он может сделать в науке и каким он может стать благодаря ей. Я лично знал Ивана Антоновича – ведь это он, по сути, вытащил меня из провинции. Я вырос на станции Тайга: по определению было понятно, что я закончу школу, поступлю работать в столярный цех и с каждой получки буду выпивать. Со временем у меня будет пятый разряд, и я буду нормальным алкашом. Жизнь моя изменилась после того, как Иван Ефремов ответил на мое письмо, которое я, семиклассник, написал ему, прочитав «Туманность Андромеды».

Как Вы оцениваете современное состояние отечественной фантастики?

Современная российская фантастика пребывает в некотором тупике. Книготорговцы жалуются на то, что падают продажи, а связано это с одной простой вещью: абсолютное большинство писателей перешло на ту тупиковую дорожку, которая не требует от автора практически никаких усилий. Это фэнтези, литература, которая сейчас на нашем книжном рынке, увы, преобладает, поскольку крайне легка в написании. Ведь это так просто - сочинить историю про очередную принцессу и борьбу абстрактного Добра с не менее абстрактным Злом, воспользовавшись уже готовыми шаблонами.

А что Вы думаете об ажиотаже, который вызван экранизацией романов Сергея Лукьяненко?

О фильмах говорят как о величайшем достижении. Да, они интересны, любопытны, они вызвали интерес и к его книгам, и к жанру в целом, но это явление преходящее, некий знак времени.

Насколько реально сейчас начинающему писателю из провинции «выйти в люди»?

Крайне сложно. Своих издательств в провинции нет, а если есть – они не платят гонораров и даже требуют деньги с автора. А самиздат в наше время абсолютно лишен смысла, потому что никуда не уходит. Литературный процесс начинается с книги, приходящей к читателю тиражом не в три, а в тридцать тысяч экземпляров. В коммерческих московских издательствах никому не известный писатель просто не нужен, а рекомендации нынче ничего не значат. Все ниши заняты и расписаны, толкаться там – тесно. Проблема решается издательствами, которые заинтересованы в настоящей литературе – «Текст», «Свиньин и сыновья», «Захаров», «Иностранка». А для начинающих писателей-фантастов громадное значение имеют «коны», то есть конвенты, через которые действительно можно «выйти в люди».

Вы также известны как поэт – а кем в большей степени считаете себя, поэтом или прозаиком?

Я не делаю особой разницы между прозаическим и поэтическим словом. Допустим, «Белый мамонт» мой написан наполовину как стихи, наполовину как проза. Я - писатель. Я не хочу загонять себя в строгие рамки определенного жанра. Если говорить о моих книгах, то читатель может найти и исторический роман («Секретный дьяк»), и фантастический («Золотой миллиард»), и бизнес-романы, написанные в соавторстве с известным томским бизнесменом Александром Богданом. Кстати, наш с ним роман «Пятый сон Веры Павловны» был номинирован на Букеровскую премию и должен был войти в шорт-лист, если бы не эта паскудная история с «Голубым салом» Сорокина, которого туда вместо нас втащили.

Как бы сами Вы охарактеризовали свое творчество?

Всегда трудно говорить о себе – в какой-то момент начинаешь думать, что занимаешься саморекламой, перья распускаешь. Мои книги «Царь ужаса», «Золотой миллиард», «Дыша духами и туманами», «Русский струльдбруг» относятся к литературе, в них говорится о людях с их конкретными проблемами, о наших общих проблемах, не думать о которых просто нельзя.

Как Вы относитесь к тому, что фантастику считают ничем иным, как эскапизмом?

По-моему, любой жанр в какой-то мере отвечает этому определению. Поэзия вообще уходит за пределы. А фантастика - совершенно замечательная штука, которая позволяет умному талантливому человеку рассказывать о многих невозможных вещах!


Наталия Воронинская, специально для НГС.НОВОСТИ

НГС.БИЗНЕС

АФИША

SHE

НГС.НЕДВИЖИМОСТЬ

АВТО

НГС.РАБОТА

Лента новостей


Авторские колонки

Реклама
Реклама

Сообщи свою новость

Здесь вы можете оставить информацию, фотографии и видео с любыми событиями, свидетелями которых вы стали, обо всём, что происходит в городе и области. Ждём. Мы работаем для вас!
Ваше имя
Сообщите новостьПрикрепите доказательства: ссылки на видео и аудио вставьте в текст сообщения, загрузите фото
Фото
Эл. почта или телефон
Докажите что вы не робот
Ваше сообщение отправлено