завершена Посмотрело: 2087

Всё, что нужно знать об одном из крупнейших в России театральном фестивале, начавшемся в Новосибирске

  • Дата проведения: 17.05.2016
  • Время: 13:00-14:00
  • Видео
  • Фото
  • Участники: Александр Кулябин, Олег Лоевский
17 мая, в первый день Межрегионального фестиваля-конкурса театров Сибири, Урала и Дальнего Востока «Ново-Сибирский транзит», поговорим в прямом эфире НГС с руководителем фестиваля, директором театра «Красный факел» Александром Кулябиным и председателем жюри фестиваля Олегом Лоевским (Екатеринбург).

С 17 по 24 мая 2016 года в Новосибирске будут представлены лучшие региональные спектакли двух последних сезонов. 92 заявки от 64 театров Урала, Сибири и Дальнего Востока обработали эксперты, чтобы составить итоговую фестивальную афишу. Эту миссию новосибирский фестиваль доверил одним из самых ярких персон в сфере театральной критики и фестивального менеджмента России. Председатель экспертного совета Павел Руднев (Москва) подвел итоги работы совета: «Одним из самых важных обстоятельств является, конечно, присутствие в афише малых городов — городов не областных, а районных и муниципальных. Конечно, лидирует в афише Сибирский округ. Это лишь дополнительное свидетельство того, что сибирская культура одна из самых сильных в российском региональном театре. Но, например, и два спектакля с Дальнего Востока — это хороший результат для региона, и мне очень радостно представить вам театры Южно-Сахалинска и Хабаровска».

Подробнее о подготовке к фестивалю, о его участниках и новинках, а также об ожиданиях от него спросим у Александра Кулябина и Олега Лоевского.

Справка: Лоевский Олег Семенович (Екатеринбург) — театральный критик, основатель и художественный руководитель Всероссийского фестиваля «Реальный театр». Основатель и идеолог Всероссийской творческой мастерской «Молодая режиссура и профессиональный театр», режиссерские лаборатории более 60 раз осуществлялись по всей территории России в малых и средних региональных театрах. Член экспертного совета и жюри различных театральных фестивалей, в том числе национальной премии «Золотая маска». Лауреат международной театральной премии им. К.С. Станиславского, лауреат международной премии им. С.П. Дягилева.
Кулябин Александр Прокопьевич — директор Новосибирского академического драматического театра «Красный факел» (с 1999 года). Заслуженный работник культуры Республики Удмуртия. Руководитель и автор идеи Первого межрегионального фестиваля «Ново-Сибирский транзит» (с 2010 года). В январе 2012 года вошел в правление Профессиональной гильдии по поддержке театрального менеджмента в правовой, соиальной и образовательной сферах.
Фестиваль «Ново-Сибирский транзит» проводится в Новосибирске с 2010 года каждый четный год. Это второй по масштабу (после «Золотой маски») конкурсный фестиваль страны. «Ново-Сибирский транзит» объединяет в одной конкурсной программе лучшие спектакли Урала, Сибири и Дальнего Востока, созданные за последние два года.
Ответы (10)
Ива Аврорина13:01
Добрый день, уважаемые зрители, слушатели и читатели НГС.
Сегодня, 17 мая, в первый день Межрегионального фестиваля-конкурса театров Сибири, Урала и Дальнего Востока «Ново-Сибирский транзит», у нас в гостях руководитель фестиваля, директор театра «Красный факел» Александр Кулябин и председатель жюри фестиваля Олег Лоевский.
Вопрос13:07
Ива Аврорина:Расскажите, пожалуйста, о фестивале.
Ответ
Олег Лоевский:Александр Кулябин не только директор театра, но и основатель этого фестиваля, директор фестиваля. Этот фестиваль является прямым приемником фестиваля «Сибирский транзит». Поэтому и мне интересно, в каком состоянии сейчас фестиваль, как он его ощущает. Потому что он (фестиваль) меняется, двигается, развивается.

Александр Кулябин: Если бы у нас было акционерное общество, одним из учредителей этого фестиваля, который тоже имеет свою долю интеллектуальной мысли в этом мысли, был бы Олег Лоевский. Он не случайно здесь. Он с первого фестиваля, был и советником фестиваля.
Зародился он (фестиваль) в 2001 году под названием «Сибирский транзит» и впервые прошел в Новосибирске. Его особенность заключалась в том, что он каждый год переезжал из города в город. 2002 год — Иркутск, 2003 год — Омск, 2004 год — Томск и т.д. Мы проехали весь Сибирский регион. Принимали участие только Сибирские регионы. Но исторически он себя исчерпал. Там были определенные и накладки, и недочеты. Поэтому в 2010 году фестиваль как будто возродился, как Финист Ясный Сокол, он принял несколько иную форму. И он стал называться фестиваль «Ново-Сибирский транзит» — новый фестиваль, от слова «новый». Учредителем является театр «Красный факел», и автор находится здесь. Фестиваль стационировался и стал проходить уже только в г. Новосибирске. Присоединились еще Урал и Дальний Восток.

Ива Аврорина: Как вы поняли, что идея передвижного фестиваля по всей Сибири исчерпала себя?

Александр Кулябин: Может, я не точно выразился. Была масса накладок, пожеланий…

Олег Лоевский: «Сибирский транзит» — это регионы Сибири. Крупные города Сибири — это определенное количество городов. Саша сам приобрел другой масштаб и внутри театрального сообщества, и фестиваль приобрел другой масштаб, и сейчас он включает 3 огромных региона: Урал, Сибирь и Дальний Восток. Уже Сибирь входит как часть. Идея расширения — это вообще такая русская идея за счет чужих территорий. И тут Саша взял и сразу присоединил еще 2 территории.

Ива Аврорина: То есть вы поняли, что пора присоединять эти территории?

Александр Кулябин: Понял, конечно, что надо, пока Олег Лоевский не присоединил. Он тоже является руководителем фестиваля «Реальный театр», постарше меня в этом плане. 15-й у тебя уже фестиваль?

Олег Лоевский: Я 27 лет фестивалю.

Александр Кулябин: У нас немножко поменьше. Мы решили прибрать и присовокупить Урал. То есть не они к нам, а мы их забрали к себе. Это Сибирь, Урал и Дальний Восток — 3 крупнейших региона, а по территории это, наверное, ни одно государство не сравнится с нами. Представить себе всю эту карту!

Ива Аврорина: За Урал вы принципиально не двигаетесь?

Александр Кулябин: Да, мы принципиально не двигаемся. Пока этого вполне достаточно, чтобы он приобрел какую-то мощь. Там есть свои фестивали — имеется в виду Центральный округ, Южный округ.

Олег Лоевский: Там все равно есть проблема в Поволжье. Огромный округ, не имеющий своего фестиваля.

Александр Кулябин: В Самаре есть фестиваль.

Олег Лоевский: Они все локальные.
К сожалению, от Урала отошла Пермь. Это теперь считается Волжским округом. А в Перми интересные театры.

Александр Кулябин: Вот это географическая история.
Что внутри? Фестиваль проходит раз в 2 года. Мне часто задают этот вопрос. Тут и совет Лоевского был. Все-таки за 2 года можно выбрать «бриллианты», которые будут на фестивале. За один год не успевают театры пополниться очень качественными, хорошими спектаклями. И возможность выбора у нас становится гораздо больше. Не случайно у нас около 100 заявок, а выбрали только 16 спектаклей. Выбрали самые лучшие. Не случайно в афише написано: «Лучшие спектакли Сибири, Урала и Дальнего Востока за последние 2 театральных сезона».
Вопрос13:10
Ива Аврорина:Сейчас очень много говорят о том, что нужно развивать внутренний туризм и, в том числе, событийный туризм. «Ново-Сибирский транзит» стал ли сейчас мероприятием, на которое люди специально приезжают из других территорий?
Ответ
Олег Лоевский:На самом деле это так и есть. «Ново-Сибирский транзит» — это фестиваль с таким бэкграундом и с такой значимостью, что люди около театральные… Все равно, понимаете, зрители приезжают болеть за своих. Вот будет Барнаул, барнаульские подтянутся, это близко. По опыту фестиваля «Ново-Сибирский транзит» знаю, что для студентов театральных вузов это очень важно, они здесь знакомятся. Все равно сначала околотеатральная общественность.
Другое дело, что событийный туризм в России — отдельная тема. Расстояния другие. Если бы мы жили где-нибудь в Эстонии, там сели все в машину, и все собрались. А теперь представьте себе, вот будет театр из Норильска. Норильск — 1000 км за Полярным кругом.

Александр Кулябин: Только самолетом можно долететь.

Олег Лоевский: Ты до Полярного круга доберись сначала.

Ива Аврорина: Например, из Томска, Барнаула, Омска, Красноярска люди приезжают просто для того, чтобы посмотреть спектакли, театралы?

Александр Кулябин: У нас есть несколько постоянных зрителей. Допустим, один из Омска. Он скупил все билеты, на весь фестиваль он приезжает.

Ива Аврорина: Вы их в лицо знаете всех?

Александр Кулябин: Конечно. Есть такие. Есть фанаты своего театра.

Олег Лоевский: Из Красноярска особенно. Красноярский ТЮЗ — у них фанатов много.

Александр Кулябин: Они приедут. Это тоже идет какая-то связь. Хотя контракта с определенными туристическими агентствами у нас пока нет.

Ива Аврорина: Думали об этом?

Александр Кулябин: Мы подбираемся. Чтобы это воплотить, нужно сначала сделать товар очень качественным, чтобы туризм этим заинтересовался. Это следующая стадия.

Ива Аврорина: А пока он недостаточно качественный?

Олег Лоевский: Не согласен я.

Александр Кулябин: Не в этом деле. Должно пройти какое-то время.

Олег Лоевский: Саша, не совсем так. Дело все в инфраструктуре. Во-первых туристические агентства перестраиваются сейчас с внешнего рынка на внутренний. Это особенность нашего времени. Во-вторых, Новосибирск как город должен привлекать туристов какими-то идеями, а театральный фестиваль — это часть идей. Потому что чисто театральный зритель обойдется без турагентства. Он заказал билеты по интернету, сел на самолет и прилетел. А так, чтобы приехали посмотреть какие-то чудеса Новосибирска, а тут и фестиваль, а тут им говорят: о, да у вас тут интересно! И они идут к нам. Это разные структуры. Наши агентства к этому только подходят, потому все было сориентировано на другой рынок. Не все быстро. Все будет, хочется верить.
Вопрос13:17
Ива Аврорина:Чем отличается этот фестиваль от предыдущих?
Ответ
Александр Кулябин:У нас каждый фестиваль имеет свою особенность, свою изюминку. Символом фестиваля является колесо, и на колесе стоит какое-то существо театрального вида, маска. Этот логотип существует очень давно, начиная с 2001 года, еще когда был «Сибирский транзит». Колесо — это символ дороги, не случайно мы называем фестиваль «транзит». Он не останавливается, он проходит. Отсюда у нас была идея каждый фестиваль обозначать каким-то видом транспорта. Т.к. я являюсь руководителем фестиваля, я был уже и директором автобазы, я уже был начальником поезда, я уже был капитаном самолета, а в этот раз я уже буду капитаном дальнего плавания - у нас морская тема вышла. Дальше мы, наверное, будем подбираться к космосу.

Ива Аврорина: А дальше космоса куда?

Александр Кулябин: А дальше — туда мы полетели, и на Марсе будут яблони цвести.

Олег Лоевский: Да пешком, тихонько. Надо делать пеший фестиваль, конный фестиваль.
Это самый частотный вопрос — чем отличается один фестиваль - 13 от 15-го? Это мы говорим о сопутствующем. На самом деле структура фестиваля всегда одинакова — это спектакли. Отличается разными спектаклями.

Ива Аврорина: Театр, как и любое искусство, очень сильно отображает эпоху. Мы живем в эпоху перемен.

Олег Лоевский: В эпоху перемен мы живем последние 2 тысячи лет. После Ивана Грозного в общем ничего интересного не произошло.

Ива Аврорина: Это свежий взгляд на историю.

Олег Лоевский: Нет, это обычный. Еще Пастернак писал: «Какое милое тысячелетие на дворе». Театр имеет отношения только с одной категорией - со временем. Все остальное - средства выразить время. Это и актер - средство, и художник - средство, и режиссер эти средства ищет, потому что он все равно выражает время. Поэтому каждые 2 года что-то меняется в нас, в людях, в космосе, в эпохе. Театр работает с вечными темами. Но вечные темы в разные времена все-таки претерпевают какие-то изменения.

Александр Кулябин: Конечно. Между прочем предыдущий фестиваль у нас проходил в 2014 году - еще не было Майдана.

Ива Аврорина: То, что происходит в нашей жизни сейчас, каким-то образом сказалось на самих спектаклях, на их концепции?

Александр Кулябин: Конечно, посмотрите на названия, и все станет ясно.

Олег Лоевский: По идее как член жюри я должен ничего не видеть, приехать и все видеть заново. Но, поскольку я театральный человек и много езжу, я видел очень многие спектакли и считаю, что афиша составлена очень хорошо. Паша Руднев, который был председателем экспертного совета, и экспертный совет поработали на славу. Я в силу разных причин раз в год объезжаю всю Россию от Камчатки до Тильзита. Мне кажется, очень удачная афиша.
Преломляется много через молодых режиссеров. Здесь есть интересные молодые ребята, которые впервые. Например, Олег Липовецкий с «Фронтовичкой» из г. Улан-Удэ.Это молодой человек, с молодым взглядом на жизнь. Пьеса «Фронтовичка» написана молодой девушкой Аней Батуриной на тему 1946 года, послевоенной жизни. Они уже видят эту историю по-другому. Для них она отдалена. И мне это интересно.
Но в этой же афише я вижу своих друзей, прекрасных режиссеров, за которыми мне интересно следить, - Алексей Песегов, или из среднего поколения Роман Феодори, и еще много разных имен. По-моему 3 спектакля Мити Егорова. Это говорит о том, что человек интересно и продуктивно работает. Мите 35 лет. Взгляд 35-летнего человека, который застал кусочек советской власти, а потом уже рос и формировался в 90-е и сегодня пришел к тому, к чему пришел, - это тот взгляд на жизнь, который я не знаю, потому что я уже взрослый старый дядька, и мне интересно узнавать этот мир глазами других людей. Театр - это единственная возможность сделать это.
Есть еще один такой момент, который связан с театром, а значит связан с фестивалем. Сегодня, как говорят ученые-социологи, одна из серьезнейших проблем - проблема эмпатии, проблема сочувствия и сострадания. Люди теряют сострадание и сочувствие. Слишком большой поток информации, слишком много насилия они видят, и они к этому привыкают. А если исчезнет сострадание, исчезнет и искусство, потому что искусство - это все-таки сострадание. И театр, и фестиваль - это концентрация того, что человек должен учиться чувствовать, учиться понимать, что жизнь сложна. В этом отношении «Ново-Сибирский транзит» - это огромная палитра взглядов и ощущений, и пониманий сегодняшней жизни.

Александр Кулябин: Хочу добавить для справки. На предыдущих трех фестивалях Олег Семенович Лоевский был председателем экспертного совета, а теперь мы поменяли ему власть и он теперь стал председателем жюри. Это конечный этап, когда уже подводят итог, подпись ставит председатель жюри и выдается диплом.
Вопрос13:35
Денис:Спектакли для фестиваля отбирает экспертный совет. Были ли случаи, когда вы были не согласны с его выбором?
Ответ
Олег Лоевский:Когда я был председателем экспертного совета, мы один раз с Александром Кулябиным так зарубились, что аж кругом летело все. Это, конечно, очень серьезный пасьянс. Когда ты смотришь 50 спектаклей, а тебе нужно выбрать 16, это совершенно по-другому твои мозги устроены. Мало того, я театральный критик, и я могу похвастаться, реализация моего честолюбия может произойти только в одном случае, когда я позову всех и скажу: посмотрите, какие спектакли я нашел. Вот я чем хвастаюсь - я нашел и вам показываю. И ты каждый раз проверяешь: а это правильно, а это интересно, а это нужно?
Я 9 лет был экспертом «Золотой маски». И каждый раз лучшие критики отсматривали спектакли, и все равно кто-то говорил, что вы выбрали не то, я видел, где-то там был гениальный. Это очень сложный процесс. Тут у нас с Сашей есть некоторые разногласия, потому что мой фестиваль «Реальный театр» не имеет наград. Мы показываем и разговариваем о спектакле. А здесь принципиально фестиваль связан с наградами: «Лучший спектакль», «Лучший режиссер», «Лучшая женская роль», «Лучшая мужская роль». Т.е. он входит в театральные категории. Мне как театральному критику, театроведу интереснее пища для ума. Поэтому у нас все разное.

Александр Кулябин: Конечно, у нас есть какие-то расхождения, но фестиваль, наверное, перестал бы существовать, если бы мы не находили какие-то общие знаменатели в конечном итоге.
Единственная сложность здесь - нельзя объять необъятное. Иногда Олег предлагает гораздо большее количество спектаклей, а финансирования намного меньше, все же зависит еще от этого. Я практик, мне нужно точное количество средств, на которые я могу привести такое-то количество спектаклей. Поэтому есть разногласия, иногда приходится идти на какие-то компромиссы. Иногда у нас происходят какие-то не очень жесткие (мы друг другу лицо не бьем), но тем не менее жесткие разговоры. И выбираем что-то. Поэтому он правильное слово сказал - «пасьянс», как лягут карты. И год на год не приходится. Бывает сезон талантливых постановок, а на следующий сезон 2-3 с трудом можно выбрать.

Олег Лоевский: Бывает сезон - все ставят на большой сцене, а бывает сезон - все на малой. Сейчас больше на большой сцене, а было все время больше на малой сцене. Поменялся масштаб мышления, появились ребята - художники, которые готовы работать с большим пространством. Это все очень подвижно. Это жизнь.

Ива Аврорина: А соблазн больше своих или местных театров привести в целях экономии, например?

Олег Лоевский: Нет, у нас такого нет.

Ива Аврорина: Вообще свои спектакли. Например, я не вижу здесь «Три сестры», о котором очень много говорят?

Олег Лоевский: Это будущий сезон.

Ива Аврорина: Он не мог войти или это вы не хотите, чтобы вас в семейственности упрекнули, т.к. его ваш сын поставил?

Александр Кулябин: Частично вы правильно ответили на этот вопрос. У нас есть табу, что фамилия Кулябин не может номинироваться как лучшая режиссура, на этом фестивале - нет. Это было бы некорректно и не этично.
А второе - «Три сестры» мы не можем сейчас, потому что у нас действительно очень талантливый спектакль сейчас есть, мы его любим, под названием «Довлатов.Анекдоты». По-моему, это удачная история. Мы его привозили на фестиваль «Реальный театр». А «Три сестры» - у него еще все впереди. И вторая, чисто техническая вещь, - сразу после фестиваля мы играем в Вене этот спектакль. Нас пригласили на международный очень престижный фестиваль. И дело в том, что у нас уже декорация ушла.

Ива Аврорина: В афише из новосибирских, кто здесь? «Довлатов.Анекдоты», «Ревезор» Афанасьева, «Элементарные частицы» «Старого дома» и «Песни о Родине».

Олег Лоевский: «Песни о Родине» - это три театра объединили свои усилия.

Ива Аврорина: Причем один из них новосибирский, а остальные не новосибирские.

Александр Кулябин: Да, под предводительством студии ГАММА, которую возглавляет Анастасия Журавлева.

Ива Аврорина: «Песни о Родине» у вас пойдут в полном варианте или нет? мы все помним шумную историю, связанную со сказкой про православного ежика. Его не будет в спектакле?

Олег Лоевский: Нет, его заменили на другую историю, причин я не знаю. Книжка Кучерской читается, издана, и никто ее не запрещает. Более того, это религиозный, воцерквленный человек.

Ива Аврорина: Олег, вам как председателю жюри, наверное, не корректно задавать вопрос о фаворитах фестиваля. А вы Александр все спектакли видели?

Александр Кулябин: Нужно понимать, что входит в мои обязанности. мы набираем экспертный совет из только профессиональных критиков, которым мы доверяем. Дальше - это 100%-ое доверие им. Какую афишу они предложат, наша задача - ее привезти сюда, здесь уже разбить ее по дням и показать нашим зрителям. Поэтому я не все видел и не могу видит. Тем более я не принимаю решение, какая афиша. Моя задача - обслужить этот фестиваль, создать все условия для того, чтобы все спектакли максимально хорошо показались на наших площадках.

Олег Лоевский: Это задача менеджера, чтобы спектакли прошли адекватно тому, как они идут у себя, чтобы они показались максимально правильно. У меня нет фаворитов, я всех в театре знаю. Мне интересно смотреть, мне интересно ждать, мне интересен диалог с моими коллегами критиками, потому что жюри замечательное, очень интересные люди: и профессиональные критики, и артисты, и менеджеры, т.е. разный взгляд. А потом, есть тайное голосование. Чудный инструмент. Когда все говорят: гениальный спектакль. И не одного человека за него тайно не голосует.

Ива Аврорина: Мнение зрителей каким-то образом влияет на мнение жюри? Например, все критики посмотрели и говорят: гениальный спектакль. А зрители - треть встала и ушла в середине первого действия, а половина не вернулась после антракта.

Олег Лоевский: Я к этому спокойно отношусь, потому что каждый спектакль найдет своего зрителя. Кому-то нравится, кому-то не нравится. Зритель меняется, вырастает, начинает разбираться в театре либо перестает ходить в театр. На некоторых фестивалях есть специальная премия, которая называется «Приз зрительских симпатий». У нас профессиональный фестиваль и нас интересует все-таки движение внутри театрального языка. Мы занимаемся театром, древним искусством, которому несколько тысяч лет. А зритель меняется, зрители разные.

Ива Аврорина: Зритель пусть подтягивается и образовывается?

Олег Лоевский: Пусть. «Публика - дуло», - говорил Пушкин.

Ива Аврорина: Вы согласны?

Олег Лоевский: Нет, я не согласен. Я согласен только с одним, что после советского времени, где был зритель и публика (были такие главные слова), теперь главное слово - сегмент публики. Потому что есть люди, которым интересно серьезное искусство, есть люди, которым интересны комедии, есть молодой человек, который хочет на сцене посмотреть на своих сверстников, - это все разные сегменты и разные подходы к театральному делу.
Я тысячу раз говорил, что в провинции есть проблема, связанная с тем, что большая часть зрителей (исключая «Красный факел» - это уникальный театр, серьезно, без шуток) — это девушки в добрачный период, женщины после первого развода и пожилые женщины после смерти мужа.

Ива Аврорина: Это касается только провинциальных театров?

Олег Лоевский: В основном, да. В Москве другая система. Это замечательный зритель. Они хотят помощи нашей, хотят с нами диалога. Но это не весь наш зритель. Они хотят комедий, хотят мелодрамы. И мы должны это делать. Это наш зритель, он равен с другими, но это не весь наш зритель. Поэтому у нас есть молодежь, которой интересно что-то другое, у нас есть зритель думающий, есть зритель, который приходит просто посмеяться - замечательно, мы должны ему предоставить эту возможность. Сегменты. Публика и зритель исчезли.

Александр Кулябин: Одним словом - репертуарный театр. Репертуарный театр разножанровый, разноплановый, разноцветный. На периферии только такой театр выживает. Другой просто не сможет. Сыграем мы 5 спектаклей, где в зрительном зале будет 20 зрителей, тогда можно играть его долго.

Олег Лоевский: И треть зрителей из них будет аплодировать. Это тоже неинтересно.

Александр Кулябин: Но если не будет эксперимента, не будет лабораторий, как и в любом деле, не будет научных исследований, тогда просто дело загнется. Поэтому здесь и выбирается и первое, и второе. Не случайно в последнее 20-летие появились малые формы. Их не было вообще. В 50-е гг. не было малых залов, были только большие залы.

Олег Лоевский: На сколько был «Глобус»? Его построили на 1100 мест.

Александр Лоевский: 800 мест был «Красный факел». Сейчас 500 осталось.

Ива Аврорина: Насколько он заполняется в нетеатральные дни?

Александр Кулябин: Я всегда говорю об этом с гордостью. У меня статистика идет еженедельная, а потом от начала года до конца - какова средняя заполняемость в этом году. В этом году средняя заполняемость 96,4 %.

Ива Аврорина: Сколько у нас женщин в добрачный период.

Олег Лоевский: В «Красном факеле» совершенно уникальная ситуация. Кулябин - менеджер, который пошел по пути этих сегментов. У него есть спектакли для разных типов публики - это раз. Во-вторых, он сумел создать... есть такое понятие, как «ходить модно», «ходить важно». Театр «Красный факел» стал местом, куда важно ходить. Кто-то ходит из-за престижа. Как так, я не видел какой-то спектакль, значит я уже не могу внедриться в какую-то тусовку. Т.е. много обстоятельств он ввел, чтобы зал заполнялся. Плюс - подбор кадров. Плюс - огромные рабочие усилия. Это серьезно - таких театров не так много. Я знаю все театры России. Как раз этот театр не относится к тем, где сидят в основном женщины.

Ива Аврорина: То, о чем вы говорите напоминает такую грамотно простроенную маркетинговую политику. Вы не опасаетесь, что из-за этой коммерциализации театр станет более попсовым?

Олег Лоевский: Это не попсовый подход, это подход реальный.

Ива Аврорина: Я имею в виду продукт.

Александр Кулябин: Вспоминая то время, когда я в 1999 году поступил на служение в театр «Красный факел», были серьезные опасения у театральных деятелей и любителей театра, что, боже мой, пришел коммерсант, что он сейчас сделает! Эти опасения длились, наверное, лет 5. Сейчас уже народ успокоился, и больше в мой адрес эти булавы не летят, и огненные стрелы не несутся направо-налево. Здесь всему есть мера. Конечно, это продуманный маркетинговый ход. Это нужно изучать, надо идти в ногу со временем. Это обязательно. Если этого не будет, то не будет ничего. Мы стараемся следить, не только я, но и мои специалисты. Не случайно мы приглашаем лучших менеджеров России, которые здесь с нами работают.

Олег Лоевский: Надо сказать, что на этом фестивале будут лекции самых главных людей нашей страны. Приедет генеральный директор Большого театра Владимир Георгиевич Урин, педагог школы-студии МХАТ, завкафедрой по менеджменту, профессор; приедет Кирилл Игоревич Крок, тоже педагог и генеральный директор театра им. Вахтангова.

Александр Кулябин: До этого у нас был Анатолий Полянкин, театр Сатирикон и Константин Райкин. Это тоже успешный театр именно в новых рыночных отношениях. Здесь собираются очень многие директора, и мы обсуждаем эти вопросы, мы учимся и движемся.

Ива Аврорина: Это какой-то профессиональный семинар, да?

Александр Кулябин: Это уже внутри фестиваля. У нас проходят наши мастер-классы. И мы здесь обсуждаем. С театроведческой стороны приехал Роман Должанский, Олег Лоевский - здесь первые лица, театроведы России.

Олег Лоевский: Рома Должанский - помощник художественного руководителя Жени Миронова. Дина Годер - огромный специалист театра и анимационного кино. Глеб Ситковский - один из руководителей Ассоциации театральных критиков России. Это все серьезные люди. Будет встреча по авторскому праву.
Мне сегодня позвонили из Хакасии и говорит помощник министра культуры Хакасии: «Там Светлана (министр культуры) будет тебя искать». Т.е. приезжают министры культуры сюда на фестиваль, потому что здесь и учеба, и встречи, и возможность поговорить о гастролях, т.е. это еще огромная встреча сообщества, которое работает с театром.

Александр Кулябин: 4 министра культура будут, заявку дали.

Ива Аврорина: Из каких регионов?

Александр Кулябин: Красноярск, Кемерово, Хакасия, из Улан-Удэ (Бурятия).

Ива Аврорина: А наши местные власти? Вообще наше министерство культуры участвует как-то, поддерживает, достаточно ли?

Александр Кулябин: Естественно. Очень даже достаточно. У нас новый министр Игорь Решетников.

Ива Аврорина: Но он так долго был зам. министра.

Александр Кулябин: Он был зам. министра и был членом жюри трех фестивалей. Он человек глубоко театральный, любящий театр и знающий это дело. Естественно, у нас идет помощь со всех сторон. И мэрия нам хорошо помогает. И приезжают из Фонда Прохорова, дирекция приезжает смотреть фестиваль, потому что они тоже его любят, всячески нам помогают и выделяют определенную сумму для проведения этого фестиваля. И откликнулось, сейчас повернулось к нам Министерство культуры России и чуть-чуть с каждым разом увеличивает нам сумму, понимая, что этот фестиваль действительно необходим. И о нем говорили, на последнем форуме СТД в Москве упоминали очень часто как один из примеров проводимых фестивалей. Причем именно в позитивном плане - вот как надо делать фестивали. Это очень приятно, потому что был такой российский форум, и больше всего говорили о фестивале «Ново-Сибирский транзит». Это радостно.
Вопрос13:41
Ива Аврорина:Про нужность фестивалей идет много дискуссий. У нас на прямом эфире был директор Новосибирского театра оперы и балета Владимир Кехман, который очень нелицеприятно отзывался о «Золотой маске», говорил, что она ничего не дает и никому это не нужно. Что действительно дает театрам участие в фестивале или лауреатство в фестивале?
Ответ
Александр Кулябин:Раньше театры часто ездили на гастроли. В связи с тем, что гастроли стали практически невыполнимыми, поэтому возникновение фестивалей - это замена той гастрольной деятельности, которая крайне важна, необходима. Театры должны ездить - это мое глубочайшее убеждение.
Что касается моего коллеги Владимира Кехмана. Я глубочайший сторонник фестиваля «Золотая маска», который дает импульс для развития театра. Бренд «Золотая маска» сейчас осуществляет моя коллега и моя хоршая приятельница Мария Ревякина. Она делает все для того, чтобы фестиваль развивал театр. Он помогает театрам, он дает допинг. Конечно, как и про любой фестиваль (и точно так же сейчас и про нас говорят), те, кто не попадает будут говорить, что это плохой фестиваль, кто попадает, что хороший. Это обычное явление. Но то, что фестиваль «Золотая маска» нужен, это бесспорно. На сегодняшний день это лидирующий фестиваль. Олег много ездит по стране, встречается с губернаторами и пр. Любой губернатор говорит: «А на Золотую маску, что не едите? Тогда не дам денег». Второй бренд есть «Ново-Сибирский транзит»: «Вы даже на "Ново-Сибирский транзит" не попали, значит у вас плохой театр». Есть какой-то отчет даже у властей. Они должны понимать работает театр или нет, как он живет.

Ива Аврорина: Для них это показатель?

Александр Кулябин: Определенно, да.

Олег Лоевский: Зайду с другой стороны. Есть еще же зритель. Государство обязано способствовать духовному развитию людей, общества. Театр - совершенно уникальная субстанция культурная. Есть серьезное исследование Баварскиго института социологии. 50 лет оно проводилось. Они изучали зрителя: кто ходит, как карьера складывается этого зрителя, как он развивается. Выяснилось, что в театр ходят люди, которые быстрее могут сориентироваться в новых социальных условиях, легче меняют профессию, имеют активную жизненную позицию, потому что театр обладает некой магией живой передачи энергии. Те люди, которые к нему пристрастились, и те люди, которые с ним связаны, связаны и с духовными какими-то поисками и решениями. Мне кажется, что фестиваль, который дает достаточно широкую палитру возможностей включиться в эту жизнь, важен даже для того небольшого количества людей, которые попадут в театр, - это раз.
Во-вторых, все-таки само театральное сообщества является жителями нашей страны. Они такие же полноправные граждане и имеют право развиваться. Театр не может развиваться, находясь только в собственной территории. Он должен двигаться, должен меняться.

Ива Аврорина: Т.е. другие зрители нужны?

Олег Лоевский: Конечно, другие зрители, другая оценка.

Ива Аврорина: А в чем разница?

Олег Лоевский: Свои привыкают, и в своем отечестве пророков нет. Слава может прийти только извне. Внутри слава приходит плохо.

Александр Кулябин: Как в торговле - есть экспорт и есть импорт.

Олег Лоевский: Много факторов и очень важных вещей. Это не выброшенные деньги на какие-то фестивали. Во-первых, это и деньги очень маленькие, на самом-то деле. А во-вторых, это действительно большая радость для многих тысяч людей. Я никогда не берусь обсуждать чужие фестивали, я не слышал выступление Кехмана. Но есть одна проблема в любом выступлении: тебе дали «Маску», а ты отказался; а если тебе не дали «Маску», а ты отказался - другая история..
Вопрос13:44
Ксюша: Судя по сайту "Красного факела", почти все билеты на фестиваль проданы. Это потому,что цены очень дешевые, или люди действительно знают у нас региональные театры так же, как и столичные?

Ива Аврорина: Действительно, билетов нет уже?
Ответ
Александр Кулябин:Практически. Там есть еще какие-то хвостики. Можно зайти посмотреть, действительно, многое продано. Это связано с тем, что, во-первых, фестиваль не первый раз проходит, о нем знают. Проходит широкая рекламная кампания. И отношение к театру - спасибо тем, кто нас сейчас слышит, за вашу любовь, за ваше отношение к театру «Красный факел». Эта поддержка нужна. Я всегда говорю (хотя Олег будет со мной спорить и говорить, что самый лучший зритель в Екатеринбурге), я всегда буду говорить, что в Новосибирске фантастический зритель. Это ощущение поддержки. Когда идет хорошее дело, у нас много премьер, не только фестиваль «Ново-Сибирский транзит», у нас и люстрации, и чего только нет...

Ива Аврорина: Люстрации? Что имеется в виду?

Александр Кулябин: Новосибирцы на все откликаются очень хорошо и положительно на какие-то вещи, новации, которые происходят. Театр, наверное, всегда будет инновационным.

Олег Лоевский: В этом вопросе есть какая-то интонация, что провинциальные театры - это какие-то отдельные театры. В этой афише, например, «Трамвай желание» из маленького города Серова Свердловской области. На него нельзя было попасть в Москве. Или из г. Минусинска (Минусинск - это не столица мира) «Колыбельная для Софьи», для него это, по-моему, третий или четвертый фестиваль, сейчас он едет еще на один фестиваль после «Ново-Сибирского транзита», - в Москве на «Золотой маске» был полный зал. Это два номинанта «Золотой маски».
В Москве очень много провинциальных театров.

Ива Аврорина: Что вы называете провинциальным театром?

Олег Лоевский: Мы начали разговор с того, что театр связан со временем. Но можно выйти из времени и застыть в какой-то драматургии комедийной, превратить театр в музей, никак не связанный с сегодняшней жизнью. Есть проблема вкуса, проблемы образования. Очень много ограниченности человеческой. Есть проблема таланта. Есть люди неталантливые, режиссеры, которые держатся за свои кресла и ставят по нескольку раз одни и те же спектакли. Театр также не совершенен, как и этот мир, он его отражение. Та афиша, которая составлена на «Ново-Сибирском транзите», - это как раз афиша тех спектаклей, которые идут со временем, которые пытаются осознать наше время, которые вступают с ним в диалог, а значит в диалог со мной как со зрителем.
Вопрос13:49
Марина:Работаю в около творческой сфере и вижу, что все устремления наиболее энергичных людей этой сферы (фотографы, актеры, режиссеры, писатели и т.д.) направлены "в Москву, в Москву", или "в Питер, в Питер". В регионах удерживают, как правило, либо социально-бытовые причины, либо то, что просто "не зовут". Согласитесь ли с тем, что уровень регионального театра определяется по остаточному принципу - из тех, кого не взяли "в столицы". Или что держит все-таки по-настоящему талантливых театральных работников за Уралом?
Ответ
Олег Лоевский:Это один из мифов. Уже давно центризм Москвы не интересен. Театр Николая Коляды. Коляда работает в Москве, в Екатеринбурге и в Париже, и в Варшаве. Алексей Песегов, который ставит по всему миру, сейчас он после этого фестиваля едет ставить в Таллин. Роман Феодори, спектакли которого идут и в МХАТ, и... Сейчас уже все по-другому, мир меняется.

Александр Кулябин: Все равно центризм есть. И у нас есть. Эта вертикаль во всем. И все равно в Москву. Режиссеры - свободные люди: он поставил спектакль, переехал в другой город и все, нет проблем. И раньше их не было. А артисты все равно в репертуарном театре стационированы, ему нужно трудовую книжку положить, быть в театре. Хотим мы этого или не хотим, они все равно стремятся в Москву. Правда, здесь я с Олегом могу согласится, приезжают в Москву, а тут о-па: а что мы сюда приехали? То, что я могу увидеть больше, а то, что я делаю, я делаю гораздо хуже, - лучшие вещи как раз происходят на периферии.

Олег Лоевский: У вас в театре работает Лемешонок и Белозеров. Это большие артисты. Они что не могли бы себе в Москве место найти?

Александр Кулябин: В свое время перепутали, а сейчас уже не поехали. Меня в свое время, когда я был артистом, тоже приглашали в Москву, вот не поехал и правильно сделал.

Олег Лоевский: И не было бы «Ново-Сибирского транзита». Был бы плохим артистом в Москве.

Ива Аврорина: Не жалеете?

Александр Кулябин: Нет. Зачем жалеть о чем-то в жизни вообще? Как происходит, так происходит.

Олег Лоевский: Ошибки в жизни совершить невозможно, она уже случилась.

Ива Аврорина: Александр, есть ощущение, что оттягивают талантливых артистов?

Александр Кулябин: У меня есть. Я с болью в сердце... Я знаю, что в свое время оттянули Виталия Коваленко, который сейчас один из ведущих актеров Санкт-Петербурга. Его Валерий Фокин взял и увел. Здесь поставил спектакль, негодяй, увел его на «Ревизора» (тогда на Хлестакова он его отвел). Сергей Пиоро. Очень много переезжает. Те, которые едут сами и остаются, и очень жаль. Тот же Максим Битюков и ряд других. Те, которые переехали в Москву. Что-то нужно, как в «Трех сестрах», в Москву, в Москву, что-то там такое есть. Иногда ошибаются, иногда есть разочарование, иногда нет.

Олег Лоевский: С другой стороны, артисты всегда мигрировали - из Москвы, в Москву.

Александр Кулябин: В Новосибирск тоже едут из Улан-Удэ, из Читы, из Владивостока, из Красноярска. Конечно, хотят попасть в Новосибирск. Это определенный этап. Есть Москва, Санкт-Петербург, дальше - Екатеринбург, Новосибирск...

Олег Лоевский: Сейчас еще третий соперник у нас появился - Казань.

Александр Кулябин: Это те театральные столицы в регионах, которые действительно уже диктуют и формируют, и уже говорят о каких-то вещах. Допустим, родился же (и это изобретение) спектакль «Три сестры», который сейчас пользуется колоссальным успехом везде.

Олег Лоевский: При этом иногда это не зависит от величины города. Минусинск, где работает Песегов, - маленький город. А Нижний Новгород, который больше, чем Новосибирск, там бывают какие-то хорошие спектакли, но нет театра как такового, который мог бы появиться на театральной карте России. Это сложные вещи. Действительно, есть проблема Москвы, связанная с так называемым подбрюшьем Москвы, с центральной Россией. Из Тамбова, из Пензы, из Твери - это в Москву. А из Новосибирска, Екатеринбурга и Казани в меньшей степени. Крупные города, инфраструктура та же. Если надо тебе полететь в Париж, есть прямой рейс Екатеринбург - Париж, сел и полетел.
Это естественный процесс.
Вопрос13:52
Анна:Понятно, что Чехов и Шекспир - наше все. Но очень хочется разнообразия драматургов в театральных постановках. Например, за последние лет 15 я могу вспомнить только одну постановку в Новосибирске по пьесе Федерико Гарсиа Лорки, а ведь ярчайший автор. Что уж говорить про менее громкие имена. Будут ли на фестивале интересные открытия такого рода?
Ответ
Олег Лоевский:Смотрим афишу. Яблонская - замечательный драматург, безвременно ушедшая от нас. Она погибла в теракте в Домодедово. Очень хороший спектакль по ее пьесе «Лодочник». «Колыбельная для Софьи» спектакль, который был номинирован на «Золотую маску» поставлен по прозе Замятина, замечательного русского писателя. «Фронтовичка» - молодая Батурина.

Александр Кулябин: И Довлатов не такой уж еще классик. Есть и Шекспир - все есть.

Олег Лоевский: Алексиевич, Дурненков.

Александр Кулябин: Не попали на Лорку в этот раз, есть пристрастия у всех свои. Очень много хороших разных драматургов. Разнообразная афиша.

Ива Аврорина: Вопрос по поводу афиши фестиваля. То, чтобы спектакли всех новосибирских театров были по одному, - это обязательное условие, или так сложилось?

Александр Кулябин: Так сложилось.
Вопрос13:57
Екатерина:Расскажите, пожалуйста, подробнее о спектакле в подземном переходе. Почему выбран такой необычный формат? Я так понимаю, что это некий театральный эксперимент. Если он пройдет удачно, не думает ли КФ обратиться к такому типу общения со зрителем?
Ответ
Александр Кулябин:Отвечу сразу на второй вопрос. Если эксперимент получится и удастся, то почему бы нет, мы можем дать путь и другим театрам, которые у нас есть - ряд театров таких неформальных, негосударственных объединений, в которые собираются актеры. Дело в том, что в Хабаровске этот спектакль идет на задворках театра.

Ива Аврорина: Как он называется? Это спектакль Хабаровского театра юного зрителя «Сироты».

Александр Кулябин: Мы искали подходящую площадку где-нибудь во дворе, потому что это происходит бомжатник своего рода. У нас во дворе (дворик небольшой) постоянно стоят грузовые фуры, и играть там нельзя. Они же играют, когда у них не гастроли. А во время фестиваля там все время грузовые машины декорации привозят, отвозят. У нас там целая жизнь кипит. Фестиваль 24 часа в сутки работает. Я не вру. Зайдете в 5 утра, вы увидите, что работа идет: ставится декорация, свет и т.д. Поэтому мы искали площадку недалеко от театра. И вот предложили, сделали фотосессию, отсняли этот переход, который у нас между театрами. Вот там будет спектакль. У нас будут стоячие места. Он небольшой, чуть-чуть больше часа идет. И эта история будет рассказана вот так. Им необходим определенный антураж, чтобы был звук улицы, машин и т.д. Это требования режиссуры. Вот оно так совпало, дальше будем смотреть, как оно что происходит.

Олег Лоевский: На самом деле это давно существующая форма, которая есть во всем мире и в России тоже. Называется это по-английски site specific. Т.е. находится какое-то специальное место, и там ставится спектакль. Я этим очень много занимаюсь. Есть целые фестивали этого направления. есть лаборатории, которые этим занимаются. Много играют в заброшенных заводах каких-то, фабриках или в музейные спектакли. Есть замечательнейший остров Свияжск под Казанью, там ежегодно проходит лаборатория, которая выбирает разные места необычные и там разыгрываются спектакли, так или иначе связанные с антуражем места. Еще это называется иногда «ландшафтный театр», т.е. выбирается ландшафт, и ставится спектакль. Это очень интересное направление. Как раз я считаю, что театр должен выходить за собственные стены. потому что мир меняется, и есть люди, которым интереснее (особенно молодым), когда ты не сидишь в кресле бархатном и не смотришь на сцену, где тебе жестко сообщили ракурс, а тут с тобой рядом какая-то жизнь происходит.

Ива Аврорина: Это первый спектакль в подземном переходе? Или где-то еще ставились такие?

Александр Кулябин: У нас-то они впервые будут играть.

Олег Лоевский: А так их полно. Захаров ругался, что скоро в лифте начнут играть.

Александр Кулябин: Буквально 3 дня [назад] в метро симфонический оркестр выходил, показывали по телевизору.

Олег Лоевский: В Екатеринбурге есть центр современной драматургии. Они делали спектакль в супермаркете. Есть пьеса Ярославы Пулинович, называется «Мойщики». по ней даже был снят фильм «Как поймать магазинного вора». там все действие происходит в супермаркете. Договорились с директором супермаркетом, что там будет играться спектакль, и охрана будет участвовать и кассиры. Он, конечно, согласился, потому что понял, что приедет 5 камер, это будет новостное событие. спектакль разыгрывался, была куча зрителей. Конечно, это разовая акция, но бывают спектакли, которые идут специально в каких-то придуманных местах. это нормальное дело.

Ива Аврорина: С метрополитеном было сложно договариваться?

Александр Кулябин: Это не метрополитен, это простой подземный переход. С мэрией договорились.
Вопрос14:00
Антон:Это уже четвертый фестиваль. Оценивая предыдущие 3, можете назвать что-то, что до конца не удовлетворило, чего не хватило? Что вы ждете от этого четвертого фестиваля? Что после множества просмотренных спектаклей может еще вас удивить?
Ответ
Александр Кулябин:Радостно, что в театрах происходят какие-то творческие события.
Тема войны стала сильнее захватывать театральную мысль. На предыдущих фестивалях этого не было.
Неудовлетворение — хотелось больше бы привозить театром. Есть достойные, которые не попали в афишу. есть достойные спектакли, которые хотелось бы показать. Но это опять же все зависит от нашего финансирования, которое всегда лимитирует нас очень серьезно в этом плане. И это чувство неудовлетворенности конечно же присутствует. Но тем не менее, не смотря ни на что мы идем вперед и двигаемся. Радостно, что театры с каждым годом все больше и больше посылают заявок, и этот круг все увеличивается, и увеличивается. Если брать первый фестиваль, было где-то 50 заявок, потом они увеличивались и сейчас уже до 100. Многие хотят. Помимо этого большое число писем и заявок идет из других регионов: возьмите нас, у нас хороший спектакль. Мы не можем их взять, все время говорим: читайте положение фестиваля. потому что очень много таких обращений. Особенно из Волжского округа: у нас такого нет фестиваля, возьмите нас, мы хороший театр. Не можем взять.

Олег Лоевский: Никакого удовлетворения у меня нет. Жизнь продолжается, и это прекрасно, и это печально, и это замечательно. фестиваль будет, будет зритель, будут артисты, будут капустники. Значит все происходит. Это правильно. Это радует.
Ива Аврорина14:01
Онлайн-встреча завершена. Спасибо за внимание.
Читайте также