«Я никого не оскорблял, присягу не нарушал»

Знаменитый следователь, посадивший мэра и уволенный Бастрыкиным, вернул должность через суд — он рассказал НГС.НОВОСТИ, почему его выгнали и зачем он вернулся

Сергей Копырин известен расследованиями скандальных дел с чиновниками и бизнесменами — его отдел занимался делом против мэра Бердска Ильи Потапова, он же занимался знаменитым бердским олигархом Виктором Голубевым. Преследуя последнего, Копырин сделал неожиданную вещь — передал в СМИ телефонные разговоры Голубева с мэром и главой горсовета Бердска, доказывающие, что олигарх дает указания властям. А в декабре глава СК России Александр Бастрыкин внезапно уволил бердского подчиненного за нарушение кодекса этики — Копырин якобы открыто критиковал своего руководителя, главу областного управления СК Андрея Лелеко. Однако Копырин тут же подал в суд и выиграл — теперь ему должны выплатить более четверти миллиона компенсации и морального вреда. О причинах и обстоятельствах своего поступка он рассказал в интервью НГС.НОВОСТИ.
Справка: Копырин Сергей Анатольевич — родился 25 августа 1981 года в Новосибирске. После учебы в Омской академии МВД России и магистратуре ТГУ был принят на службу следователем прокуратуры Бердска, потом стал заместителем прокурора Бердска и далее — заместителем искитимского межрайонного прокурора. Бердский следственный отдел он возглавил в октябре 2013 года — с того момента, как он выделился из искитимского следственного отдела, его контракт закончится в 2018 году.

Почему вы решили восстановиться в должности — из принципа? Или имела значение денежная компенсация?


Мне кажется, несправедливо нести ответственность за те действия, которые ты не совершал. Возможно, здесь была какая-то ошибка, возможно, неверно истолкованы все события. Но суд их тщательно рассмотрел, судья изучила все детали за 2 месяца, что шел процесс. Я никого не оскорблял, присягу не нарушал, работал достойно. Для меня все это было очень удивительно, и через 3 дня после ознакомления с приказом я уже подал исковое заявление в суд. Когда это случилось, я никому не жаловался, не собирал пресс-конференции, не бил себя в грудь. Решил обратиться в суд, потому что это было наиболее оперативно и результативно.

Я был не согласен по существу с теми выводами, которые сделали по моим действиям, что я якобы кого-то оскорбил, при этом использовал нецензурную брань. Единственный момент, который я признаю в иске — использование одного нецензурного слова, которое не было направлено никому из руководителей лично. В непубличных разговорах с сотрудниками управления я отвечал на вопрос, чем так разозлил Андрея Сергеевича Лелеко.

Из искового заявления Сергея Копырина (копию он предоставил НГС.НОВОСТИ): «На первом фрагменте в неформальной беседе ко мне обращается сотрудник следственного управления после проведенной в возглавляемом мною отделе проверки с вопросом о том, чем я так разозлил Андрея Сергеевича Лелеко. На данный вопрос я отвечаю, что, думаю, расследованием уголовного дела в отношении Голубева В.А., так как крестным отцом его сына является известный политический деятель Карелин А.А., который в свою очередь знаком с Лелеко А.С. <…> Никаких нецензурных выражений, каким-либо образом оскорбляющих Лелеко А.С., я не произношу…».

Сейчас СК должен определиться по обжалованию приказа о восстановлении в должности по суду. В настоящее время мне об обжаловании неизвестно.

После восстановления в должности успели пообщаться с руководителем?

5-го числа я прибыл в Следственное управление, куда представил исполнительный лист, — об этом было доложено руководителю управления.

Я спросил, могу ли я пройти на личный прием, но мне было сказано, что такой возможности нет. У нас не принято у руководства требовать пояснения.

Я не могу оценивать действия руководства, если руководство считало нужным провести проверки — значит, это было правильно. Но никто не запрещал в личных беседах их обсуждать.

Какая сейчас обстановка у вас в отделе — напряженная?

Абсолютно нет. У нас полное взаимопонимание. Я, когда вышел на работу, провел плановое совещание, все работают в штатном режиме. Нет ни конфликтов, ни отрицательных моментов.

По закону я еще не могу заниматься процессуальной деятельностью — давать согласие на принятие определенных решений, указания следователю, направлять дела в суд и т.д. Эти полномочия исполняет Константин Евгеньевич Попов, пока председатель Следственного комитета не наделил меня ими снова. В настоящее время документы направлены в Москву — в центральный аппарат, так что скоро это должно произойти. Сейчас знакомлюсь с документацией, вчера ездил на коллегию следственного управления, где ставились новые задачи. Никоим образом организационно-штатные моменты не отразятся на уголовных делах, не должно влиять на судьбы людей. Сейчас достаточно спокойная обстановка, какого-то всплеска преступности нет. Все преступления, которые были совершены во время моего отсутствия, они раскрыты, по ним возбуждены уголовные дела.

Сейчас Виктор Голубев (приговоренный к 1,5 годам колонии-поселения и штрафу в 75 тыс. руб. за организацию подпольного нефтезавода, вышедший из СИЗО по амнистии спустя год после первого ареста. — М.М.) на свободе. Какой сейчас будет его сфера влияния в Бердске?

Комментирование о сфере влияния Голубева в Бердске не входит в мою компетенцию.

В настоящий момент в производстве следственного отдела нет уголовных дел, в рамках которых бы фигурировал Голубев.

Как вы можете объяснить то, что Бердск постоянно становится эпицентром громких скандалов?

Бердск — это, наверное, единственный небольшой город, где сосредоточено такое количество оперативных служб. Здесь есть районный ОВД, есть отдел по борьбе с коррупционными преступлениями, отдел ФСБ, который курирует всю южную часть Новосибирской области — от Бердска до Алтайского края, здесь отдел уголовного розыска МВД по борьбе с организованной преступностью, отдельный кабинет Госнаркоконтроля, следственный комитет и суд. Все те дела коррупционной направленности — они были возбуждены по материалам оперативных подразделений, по заявлениям граждан такие дела не возбуждались.

Для того чтобы задокументировать взятку или незаконное получение денежных средств, разработаны механизмы, которыми занимаются оперативные службы. Это и телефонные переговоры, и видеонаблюдение. Если взять громкое дело — дело Потапова, — там работало как раз подразделение уголовного розыска НСО. Мы, получая эти материалы, оцениваем достаточность доказательств: разговоры, видеозаписи, результаты задержания… Не могу говорить за другие районы, но у нас 100%-ная эффективность. За 2015 год у нас на территории Бердска не было выявлено ни одной взятки — видимо, то видео с моментом дачи взятки произвело профилактический эффект. Чиновники осознали, что это серьезно, что если главу поймали, то и всех нижестоящих могут поймать.

Часто ли вас самого пытались запугать и подкупить на этапе расследования?

Фактически я имею отношение к следствию по городу Бердску с 2002 года, поэтому многие знают характер и принципиальность моей работы, поэтому никаких взяток и не предлагали, никто не угрожал. В основном все сводилось к десяткам жалоб, очень много грязи… Самое неприятное, что в эти жалобы втягивают не только меня, но и моих родственников. Но если ты выбрал такую профессию — ты должен быть готов к критике, жалобам, надо относиться к этому философски.

Как вы относитесь к мнению о стремительно ухудшающемся качестве следствия? Люди часто говорят, что следователям лень раскрывать дела…

Мой отдел находится на лидирующих местах по области, а там много показателей — это качество следствия, раскрываемость, количество выявленных преступлений коррупционной направленности и т.д. Что касается раскрываемости, у нас не было ни одного нераскрытого преступления в 2015 году.

Сейчас достижения науки и техники, доступные следователям, позволяют очень быстро раскрывать преступления.

Например, недавнее убийство, дело Грунтенко, когда зять убил свою тещу и увез в лесополосу, раскрыто благодаря достижениям науки и техники. Следователь отработал по базовым станциям, расположенным вблизи [места] похищения потерпевшей, и мы вышли на преступника.

Зять даже участвовал в поисковых делах своей тещи, создал алиби, но мы раскрыли дело за несколько дней.

Практически все уголовные дела об убийствах и изнасилованиях у нас раскрыты в 2-месячный срок, предусмотренный законом. У нас с нарушенным 2-месячным сроком из 100 практически уголовных дел ушли в суд всего 13 дел — это экономика, сложные коррупционные дела.

Я принимаю на личный прием 3 раза в неделю. Я возмущаюсь, когда люди мне высказывают свои претензии или говорят о равнодушном отношении следователя. Я говорю следователям: «Потерпевший — ваш соратник по доказыванию уголовного дела, у него должен быть ваш мобильный телефон, может в любой момент с вами связаться». Люди все платят налоги и должны быть защищены.


Мария Морсина
Фото автора

НГС.БИЗНЕС

АФИША

SHE

НГС.НЕДВИЖИМОСТЬ

АВТО

НГС.РАБОТА

Лента новостей


Авторские колонки

Реклама
Реклама

Сообщи свою новость

Здесь вы можете оставить информацию, фотографии и видео с любыми событиями, свидетелями которых вы стали, обо всём, что происходит в городе и области. Ждём. Мы работаем для вас!
Ваше имя
Сообщите новостьПрикрепите доказательства: ссылки на видео и аудио вставьте в текст сообщения, загрузите фото
Фото
Эл. почта или телефон
Докажите что вы не робот
Ваше сообщение отправлено